Алена ГРОМНИЦКАЯ, «Профиль»
Это первое почти за четыре года интервью известного украинского политика (небольшая колонка в одном из отечественных изданий – не в счет). Мы беседовали с Виктором Медведчуком накануне Нового года в его офисе в центре Киева. В кабинете нынешнего председателя совета независимого украинского Центра правовых инициатив и экспертиз «Правовая держава» многочисленные книжные полки (и не только с законодательными актами), коллекция дипломов и всевозможных почетных наград, аквариум, как говорит сам хозяин, «для создания атмосферы спокойствия», и маленькая аккуратная елочка на столе – безусловный новогодний атрибут.
Мы пытались говорить о его политическом участии во властных раскладах государства, но разговор невольно свелся к одной теме.
Согласитесь, у вас непросто складывались отношения со СМИ. Это как-то сказалось на вашем мнении о прессе как таковой?
Абсолютно никак. Если говорить о реальной ситуации в СМИ, то она совпадает с ситуацией в политике. Конечно, пресса во многом субъективна, но именно она единственная, кто как-то отображает положение в стране. К тому же реально независимых массмедиа в Украине нет, как минимум из числа влиятельных. В общем, нечего на зеркало пенять…
Когда-то многие советские люди были уверены, что живут в самом свободном обществе. Некоторые нынешние журналисты так же верят в свободу слова и стараются не думать, что ими тоже манипулируют – их хозяева. Другие просто на этом хорошо зарабатывают… Как я могу на них обижаться?
Для вас есть неудобные вопросы?
Как любой нормальный человек, не люблю, когда копаются в моей личной жизни, но это удел любой известной личности, особенно политика. Однако «трус не играет в хоккей»!
В общении с прессой я всегда старался быть максимально искренним. Поэтому готов ответить на любые ваши вопросы. При этом надеюсь, они не будут настолько банальными, вроде тех, что любят задавать наши акулы пера: какие у меня отношения, и давно ли я встречался с Януковичем или Тимошенко? Или: правда ли, что Путин крестил мою дочь? И что я имел в виду, когда говорил, что Ющенко президентом не станет?
Упреждая это, хочу заявить, что, во-первых, у меня нет врагов в украинской политике, и никогда их не было. У меня есть только оппоненты. А если кто и считает меня своим врагом – это его проблемы. Поверьте, я даже к Ющенко, который, согласитесь, так и не стал настоящим президентом (тут я не ошибся), отношусь нормально хотя бы за то, что он подтвердил известную истину: революции выносят на поверхность массу политических убожеств и примитивных проходимцев. И Майдан для Украины исключением не стал. Очень надеюсь, что Ющенко привил украинскому народу на много лет иммунитет против махровой некомпетентности власти. При этом не он виноват, что таким есть, скорее виноваты те, кто его избирал.
Кстати, этот иммунитет уже проявился на одном из политиков, у которого еще весной рейтинг рос как на дрожжах, а потом резко упал, причем в несколько раз. Украинцы стали более прагматичными, уже умеют распознавать пустоту.
Во-вторых, у меня прекрасные отношения с массой украинских политиков и бизнесменов, с которыми регулярно общаюсь, и я рад, что могу быть полезен многим из них.
А как относитесь к тому, что ваше имя регулярно звучит из уст разных политиков и журналистов, особенно в негативном контексте?
Чаще с юмором и всегда с жалостью к тем людям, которые не в состоянии другим способом привлечь к себе внимание. Считаю это убогостью.
Я сам удивляюсь, почему любая высосанная из пальца новость или псевдоаналитическая статья, как только в ее тексте, а тем более в заголовке, появляется фамилия Медведчук, широко подхватывается всеми. Я почти четыре года не общался с журналистами, но не было дня, чтобы мое имя не упоминалось в прессе.
Сегодня в Украине имя Медведчук действительно стало неким собирательным образом… Согласитесь, вы сами разве не дали для этого повод, хотя бы тем, что отказывались общаться с прессой?
Да уж. Открою секрет: Карфаген тоже я разрушил…
Я не хотел и не хочу быть в этой толпе политических комментаторов, которые, как правило, и сами не знают, о чем заявят в следующую минуту. Просто пользуются моментом, чтобы засветиться перед камерой, или, на худой конец, попасть в ленты интернета. Они даже не жалеют денег, нажитых «непосильным трудом», чтобы им лишний раз поднесли микрофон… Я это называю политическим планктоном благодаря фамилии одного из них.
От уровня же нынешней журналистики я просто в ужасе. Это как если бы колхозный оркестр после Майдана стал играть в Киевской опере, а прежних музыкантов выгнали бы как сторонников «преступного режима». К слову сказать, в системе государственного управления ситуация аналогичная.
Но ведь, согласитесь, свободы слова стало реально больше?
Свобода слова – это производная уровня демократии в стране, а не наоборот. На самом деле после политреформы больше стало демократии. Поэтому так и должно было произойти. Именно политреформа, как бы сегодня ее ни ругали, дала возможность децентрализации власти и, как следствие, большую свободу прессе. В настоящий момент Ющенко нагло и цинично врет, ставя себе в заслуги появление свободы слова. Он, видите ли, «уничтожил темники»! Он уже настолько запутался: то мычит о большей демократии, то открыто требует полномочий президента Кучмы. Я уверен, в том числе и потому, что с возвратом централизации власти свобода слова снова вернется на уровень 2004 года. Посмотрите, как президент болезненно воспринимает критику. Любая власть хочет поменьше критики, поменьше свободы для оппозиции, и Ющенко не исключение. Только тут ни демократия, ни свобода слова ни при чем. Демократия – это как раз и есть реальный диалог власти и оппозиции, их сотрудничество, что и было заложено в суть конституционной реформы. Но «герой Майдана» за пять лет так этого и не понял. Он оказался к этому не готов.
Получается, кому Украина обязана свободой слова?
Только политреформе 2004-го, которая децентрализовала власть, дала СМИ возможность излагать разные точки зрения. Другое дело, что в итоге получилось, как с литературой или кино, когда в условиях тоталитарного советского режима блистали многие режиссеры и писатели, создавались гениальные произведения, а ныне – на уровне плинтуса.
Я убежден, что уровень журналистики пять лет назад был на голову выше нынешнего. При этом я не сомневаюсь, что свободы слова стало больше, но это не заслуга Ющенко, который предпочитает периодически «совать в морду» журналистам, а именно результат политреформы.
Значит, пресловутые темники имели место быть? Разве они не ограничивали возможность профессионального роста для конкретного журналиста, а тем самым доступ народа к объективной информации?
Слово «темники» в новой украинской истории не менее собирательный образ страшилки, чем Баба Яга в древнерусском эпосе. Удачный пиар-ход тогдашней оппозиции. Но я скажу откровенно – они были всегда, сколько существует на земле пресса, у которой есть хозяин. При этом хозяином может быть и власть, когда СМИ живет за счет бюджета. И на самом деле не надо давать никаких указаний, о чем надо говорить, писать и что показывать: журналисты таких изданий и сами знают, кого либо что надо хвалить, а кого или что ругать. Если не знают, их руководство подскажет.
Политику любого частного СМИ определяют его хозяева. А владельцы СМИ всегда заинтересованы что-то получить от власти или, скажу откровенно, в большей мере боятся потерять. При авторитарной власти такая угроза реальна. Поэтому они сами устно или письменно установят рамки и правила для своих журналистов. Что было и пять лет назад, и сегодня. Так что темники там и готовились.
Но пять лет назад власть президента в Украине была практически неограниченной. Скажите, зачем в этом случае главе государства брать в свои руки контроль над СМИ? Когда их владельцы и сами из кожи лезут, чтобы угодить власти. И, поверьте, они делали это совершенно не бескорыстно.
УТ-1 и сегодня обговаривает конституцию Ющенко и ежедневно кормит народ его «прямою мовою». Скажите, какие темники надо было в 2004-м писать телеканалам «Интер» или «1+1», когда их владельцы Плужников или Фуксман с Роднянским имели все основания быть вполне довольными той властью. А если бы они не были ею довольны, то у этих каналов могли появиться и новые хозяева. Или, к примеру, вы считаете, что телеканалы зятя президента могли себе позволить жесткую критику в его адрес?
А журналисты, для которых работа в ведущих СМИ является вершиной карьеры? И которые получают немалое вознаграждение именно в конвертах? Они пишут и говорят, что хотят? Помните, как на том же «Интере», уже после 2004 года, журналистам стали платить по ведомости, когда хозяевам нужно было сменить состав? И сменили. В такие моменты сразу начинают вопить о свободе слова. А она на самом деле или есть, или нет. Безо всяких оговорок. Получается, когда конверты есть, то и свобода слова есть, а без них…
Недавно на «Шустер live» журналист Мустафа Найем заявил, что именно вы в 2004-м писали темники и «уничтожали журналистов».
Этот молодой человек – настоящее дитя свободы слова и, увы, политреформы тоже. К сожалению, любая свобода допускает и существование как здоровых, так и юродивых. Также журналистов, которые в том числе делают себе имя, работая исключительно в жанре провокации. Это сейчас востребовано. За это больше подают. За копание в чужом грязном белье или за способности провоцировать интерес к определенной теме или личности сегодня можно получить более солидные деньги, нежели, к примеру, за аналитические исследования социальных или политических событий. И выглядит как эффектно. И спрос какой! Скажите, сколько надо лет журналисту-аналитику, чтобы сделать себе имя? А сколько надо минут провокатору, чтобы прославиться?
Журналист Найем, как известно, является штатным сотрудником той передачи, суть которой и есть банальная провокация. Иначе она не имела бы такого успеха. К сожалению, мне не привыкать быть объектом подобных провокаций. Но это уже удел политиков. Впрочем, любой провокатор активен, только когда чувствует свою безнаказанность. В реальном демократическом обществе журналистам нередко приходится отвечать за свои слова в суде, поэтому там подобного меньше.
Что касается моей работы в АП, то, поверьте, круг моих обязанностей и ответственности был настолько широк, что у меня практически не было времени даже на просмотр конкретных передач и изданий. Достаточно было подготовленных для меня подробных обзоров, которые я просматривал ежедневно. Обвинения в мой адрес, что я писал темники для прессы – это абсурд, который до сих пор используется некоторыми как черный пиар. Удобный повод обвинить человека в том, чего нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Ни один редактор, журналист или иной сотрудник массмедиа не может заявить, что получал от меня какие-либо указания в отношении деятельности СМИ. Даже просто заявить, что был у меня в кабинете.
А обвинения, что я «уничтожал журналистов», пусть останутся на совести тех, кто расплатился с Найемом за его упоминание обо мне. Если бы ему не платили за то, что он делает, он бы торговал орешками на Демеевском рынке.
Почему вы считаете, что уровень СМИ тогда был выше?
Это объективно. Потому что журналисты реально были профессиональнее. И, кстати, задумайтесь, почему и куда эти профессионалы делись? Но, назовите хоть один телеканал, где в последние годы не сменился бы практически весь состав журналистов? И не по одному разу. Вот и недавние перемены на «Интере». Кто поднял тему: кому и чем не угодили Безлюдная или Данилевич? Вспомните, как они рьяно, внаглую, не краснея, отрабатывали темники за свои конверты от хозяина. И что случилось? Да просто хозяева подумали: а если президентом станет именно тот, против кого так изощрялись эти поборники «свободы слова»? В Украине к свободе слова всегда исключительно «демократический» подход: или убирают журналистов, или у СМИ появляются новые собственники. Так же ранее Соболев или Яневский на 5-м. Да на любом телеканале! И не случайно ли, что это всегда совпадает со сменой так называемой редакционной политики? Кстати, обратите внимание, что «редакционная политика» «Интера» изменилась именно после прекращения работы следственной комиссии Верховной Рады, связанной с работой этого телеканала. При этом, как известно, точки над «і» в этом вопросе еще не поставлены.
Где те журналисты, что в 2004-м требовали свободы слова? Они ее получили, но потеряли работу. Да потому что и сегодня ничего не изменилось! Сменились многие собственники, но не их отношение к своим СМИ как к средству решения своих проблем. Любой журналист работает в издании или на ТВ только до тех пор, пока он соответствует «редакционной политике» хозяина. Сколько телеканалов сменил Савик Шустер уже только в Украине? Недавно Анна Герман высказалась о его скором уходе с ТРК «Украина». А она не последний человек в своей партии и знает, о чем говорит. Не удивлюсь, если уже скоро где-нибудь на Бердичевской ТРК выйдет программа «Шустер Forever». Но и там, после какой-нибудь его провокации, к примеру, против директора рынка, его попросят…
Посмотрите, какие журналисты сегодня самые востребованные? Правильно, умеющие красиво «мочить» и делать джинсу. Но как только симпатии хозяина меняются, их услуги уже не нужны. Других оппонентов будут «мочить» уже другие журналисты. Скажите, какая разница между джинсой и темниками? Никакой!
Однако самое смешное, это когда нынешние «пропагандисты» манипулируют не только общественным мнением, но и мнением своих хозяев и заказчиков, что тут же включаются в полемику и сами начинают верить в те, высосанные из пальца, тезисы, которые озвучивают.
Что вы ждете от нынешних президентских выборов?
Во-первых, реальной смены власти. Что, впрочем, все равно приведет страну к новому стабильному… витку противостояния. Поэтому, во-вторых, и это главное, я очень надеюсь, что после выборов у каждого украинского политика будет возможность пересмотреть свою роль в политике и степень своей ответственности перед народом. Затем обязательно должно прийти понимание, что демократия – это законность и порядок. И никак не вседозволенность для избранных. Впрочем, я реалист, и для начала будет достаточно, если это понимание будет у нескольких ведущих политиков. Продолжение нынешней ситуации – путь в никуда.
Вы это имели в виду, когда написали, что отрекаетесь от политреформы?
В общем, да. Я не думаю, что кто-то этого не понял. Просто в прессе в основном комментировали так, как было нужно, мягко выражаясь, моим оппонентам и их хозяевам. А об этом мы уже говорили.
Вы лично уже приняли решение о возвращении в политику?
Кто-то считает, что я из нее и не уходил. При этом сегодня, с подачи самого президента, развернулась жаркая полемика, на какую должность я вернусь после того как сам Ющенко сложит полномочия. Я знаю одно: не он будет это решать. И никто другой. Это всегда решал и будет решать один-единственный человек, сам Виктор Медведчук. На самом деле решение идти в политику я принял еще более десяти лет назад.
